Рейтинг@Mail.ru
Коротко
Россия

Расширение российской футбольной лиги: об эффектах

Футбольный функционер Айрат Имамов рассуждает в своем Telegram-канале о реформах и реформаторах.

Расширение или любая другая реформа, увеличивающая число футбольных точек роста, – непопулярная позиция, но опять же, тут нет цели давать попсовые реплики, а пытаться смотреть пошире и нелинейно.

Учитывая, что топ-клубы и их многочисленные болельщики выступают за сокращение лиги (больше топовых матчей и доходов с matchday с тезисом: "Амкар" же исчез, какое расширение?"), остальные – за то, чтобы спасти себя или просто ждут, куда склонится чаша, то в этом случае мне интересна аргументация людей без конфликта интересов и пытающихся учесть все позиции.

Общий тренд в мире давно задан, и он связан с расслоением и максимальным извлечением прибыли из футбольного контента (создание Суперлиги и остальных песочниц – следствие этого процесса). И глобально индустрии безусловно финансово выгоднее, чтобы в идеале одиннадцать Месси играли против одиннадцати Криштиану 32 раза в год – на дистанции такие матчи будут собирать максимальную аудиторию, особенно молодую, за которую теперь реальному футболу нужно бороться еще и с виртуальным.

В этих условиях расширение и реформа лиг в России видятся контринтуитивными, но если вникнуть глубже, то будут видны возможные положительные эффекты увеличения числа клубов в соревнованиях и то, чем это может сопровождаться.

1. Дефибрилляция среднего класса – в противовес неизбежному тренду расслоения клубов. Уровень лиги, как и уровень жизни в стране, определяется уровнем среднего класса. Не исключено, в ближайшие пару лет средняя зарплата игроков в большинстве команд РПЛ свалится к отметке 400-800 тысяч рублей в месяц = €8000, как в чемпионате Венгрии (в ФНЛ оно уже в районе 200 тысяч рублей = €2500, как в чемпионате Македонии). Соответственно, старые, новые и частные клубы с обеспеченным бюджетом до 1 миллиарда рублей и правильной стратегией развития смогут предлагать игрокам вполне себе рыночные и РПЛовские финансовые условия и спокойно конкурировать с остальными (кроме топов).

2. Создание бОльшего числа площадок для игроков, тренеров, менеджеров, скаутов. Уровень игроков падает и усредняется во многих странах; разница в уровне между сильнейшими игроками ПФЛ и игроками ротации из низа РПЛ сейчас исторически мала. И эти процессы можно компенсировать созданием пелотона и новых центров развития футбола – при условии того, что там будет грамотный менеджмент, спортивные директоры, селекционные отделы и тд.

3. Более эффективное использование новых стадионов ЧМ (четыре суперстадиона обслуживают клубы ФНЛ и ниже).

4. Расширение и прозрачность могут стать мотивацией и поощрением для любых частных инициатив. На фоне общего проседания экономик, колебания цен на энергоресурсы стагнация в спорте рискует затянуться на несколько лет, и последующее сокращение бюджетов на спорт в регионах (которые и дальше будут стремиться отказываться от этой строки расходов) просто обязывает поддерживать любые инициативы частных футбольных инвесторов. В ФНЛ уже сейчас есть несколько частных/получастных клубов, которые имеют здравый менеджмент и пытаются выстроить эффективную систему управления, и которые через пару лет имеют шанс обрасти мясом и войти в РПЛ со внятной современной стратегией и как минимум среднесрочным планом.

5. Смягчение условий вылета из РПЛ и ФНЛ. Уход от текущей перманентной квазиборьбы за выживание, которая имеет кучу побочек: закрытость игры, давление на судейство, меньшее доверие молодым тренерам и игрокам, подмена понятий, когда в игре под стрессом от возможного поражения и рубкой на поле забывается про качество, развитие и изначальное целеполагание футбола. Снижение тотального страха вылететь/быть уволенным, в тч по стечению обстоятельств, или попасть под расформирование плюс жесткие требования по лицензированию (бюджет, стадион и тд) снизят давление результата и общий пресс на руководителей клубов и тренеров, которые, возможно, будут играть в более смелый, зрелищный и результативный футбол. Многие тренеры уходят в оборонительные схемы, в том числе потому, что этого требуют условия и система – давление результата и отчетности против конструктивного и творческого начала.

6. Усиление и расширение социальной роли футбола, привлечение новых регионов и слоев социума через соревнования более высокого ранга.

7. Болото и малоинтересные матчи? Такие риски есть, особенно поначалу. Но если в лиге сформируется пласт молодых, смелых и сопоставимых по уровню клубов с грамотным бюджетированием, цель которых – развивать игроков и самих себя, играть в такой лиге, возможно, будет интересней остальным участникам, в том числе топ-клубам, а зрителям – смотреть. Это точно лучше, чем натягивать сову на глобус, рвать бюджетные ширинки в попытках дотянуться до топов и ставить иные цифровые задачи в рейтингах ФИФА и УЕФА.

Формирование новой философии лиги с учетом социальной и государственной роли футбола в стране, повышение коммерческой привлекательности через осознание роли и ниши для лиги и клубов ("кто мы и для чего вообще собрались?"), подготовка ресурсов для индустрии (игроки, тренеры, менеджеры и др) и реформа системы соревнований могут повысить вероятность успешного сценария развития футбола в стране.

Футбол в мире – давно фан и контент, а не война и соцсоревнование. Нужно раздвигать границы, давать шансы и предпосылки для того, чтобы людьми двигало желание создавать, расширяться, развиваться и достигать успеха, а не избегание неудач и тотальное расщепление.